ОНЛАЙН ВЕРСИЯ ГАЗЕТЫ ЕВРЕЙСКОЙ ОБЩИНЫ РЕСПУБЛИКА МОЛДОВА

В партизанской борьбе в годы Великой Отечественной войны участвовали тысячи советских детей, которые впоследствии были отмечены орденами и медалями. Героя этого рассказа среди них нет.

В партизанской борьбе в годы Великой Отечественной войны участвовали тысячи советских детей, которые впоследствии были отмечены орденами и медалями. Героя этого рассказа среди них нет.

Он не убил ни одного врага, не распространил ни одной листовки, ни разу не пускал под откос поезда с вражескими танками. Его борьба с фашизмом длилась всего несколько мгновений, а оружием его были скрипка и великое мужество…

Он не убил ни одного врага, не распространил ни одной листовки, ни разу не пускал под откос поезда с вражескими танками. Его борьба с фашизмом длилась всего несколько мгновений, а оружием его были скрипка и великое мужество…

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ТАЛАНТ В ДОКТОРСКОЙ ДИНАСТИИ

Его практически никто и никогда не называл полным именем Абрам, все звали Мусей – так, как называла его мама. Позже из-за этого возникла путаница: некоторые считали, что полное его имя Моисей. Но родные Муси Пинкензона, пережившие войну, рассказали, что мама мальчика, Феня Моисеевна, звала его «Абрамуся». А позже это уменьшительно-ласкательное имя укоротилось до просто «Муси».

Муся Пинкензон родился 5 декабря 1930 года в молдавском городе Бельцы, который на тот момент принадлежал Румынии. Семья была «классической еврейской» в полном смысле этого слова. Пинкензоны в Бельцах создали династию врачей, насчитывавшую несколько поколений, и отец Муси, Владимир Пинкензон, был её продолжателем. К доктору Пинкензону в Бельцах относились с большим уважением. Неудивительно, что мальчику с момента рождения прочили медицинскую карьеру. Однако ещё в младенчестве у Муси проявилась тяга к музыке. Учитель музыки, маэстро Эккельринг, увидел в своём маленьком ученике одарённого ребёнка и уделял ему много внимания… Талант раскрылся очень рано: уже в 5-летнем возрасте вундеркинд настолько виртуозно играл на скрипке, что о юном даровании писали все городские газеты.

ЭВАКУАЦИЯ

В 1940 году Бессарабия, а вместе с ней и город Бельцы, вошла в состав СССР. Но на обыденной жизни семьи этот процесс сильно не сказался. Муся, ставший пионером, продолжал усердно заниматься музыкой, а его отец Владимир – лечить людей.

В июне 1941 года Муся Пинкензон должен был участвовать в «1-ой республиканской олимпиаде художественной самодеятельности Молдавии». Он собирался играть Второй концерт Моцарта. Однако все планы рухнули с началом войны. Семья Пинкензонов эвакуировалась на Восток и через несколько недель прибыла на Кубань, в станицу Усть-Лабинскую. Здесь Владимир Пинкензон стал врачом военного госпиталя, а Муся пошёл в местную школу. По вечерам он приходил в госпиталь к отцу и играл на скрипке для раненых.

Летом 1942 года Кубань перестала быть глубоким тылом. Стремительное наступление гитлеровцев потребовало новой эвакуации, но ни раненых, ни врачей госпиталя из Усть-Лабинской вывезти не успели.

Врача Владимира Пинкензона, до последнего остававшегося со своими пациентами, арестовали фашисты. Они потребовали, чтобы врач, успевший заработать авторитет и уважение у местных жителей, лечил немецких солдат. Владимир Борисович ответил отказом и оказался в тюрьме.  Вскоре за решётку бросили жену и сына несговорчивого доктора. Нацисты вознамерились не просто ликвидировать проживавших в Усть-Лабинской евреев, но и устроить акцию устрашения для всех остальных.

К месту казни согнали всё население станицы. Когда люди увидели, что среди приговорённых ведут и 11-летнего Мусю Пинкензона, прижимающего к груди своё главное сокровище – скрипку, пробежал ропот:

– Ребёнка-то за что? Нелюди!

Владимир Пинкензон попытался обратиться к немецкому офицеру, чтобы попросить его пощадить сына, но был тут же убит. Следом оккупанты застрелили бросившуюся к мужу маму Муси, Феню Моисеевну.

СИЛА ОДНОЙ ПЕСНИ

Он остался совсем один, 11-летний мальчик, окружённый истинными арийцами, считающими его «недочеловеком». А за рядами немецких солдат стояли жители Усть-Лабинской, смотрящие на происходящее со страхом и отчаянием. Они ничем не могли помочь Мусе.

Внезапно сам Муся обратился к немецкому офицеру:

– Разрешите мне перед смертью сыграть на скрипке!

Тот рассмеялся и позволил. Очевидно, он подумал, что стоящий перед ним маленький еврей пытается ему угодить и таким образом вымолить себе жизнь.

Через мгновение над Усть-Лабинской зазвучала музыка. Несколько секунд ни немцы, ни жители станицы не могли понять, что играет Муся. Вернее, они понимали, но не могли поверить в реальность происходящего. 11-летний Муся Пинкензон, стоя перед гитлеровцами, играл «Интернационал»*. И вдруг кто-то в толпе сначала неуверенно, а затем громче подхватил песню. Затем ещё один человек, ещё…Опомнившийся немецкий офицер заорал:

– Свинья, немедленно прекрати!

Зазвучали выстрелы. Первая пуля ранила Мусю, но он попытался продолжить играть. Новые выстрелы оборвали жизнь скрипача… Фашисты в бешенстве разгоняли толпу. Акция устрашения превратилась в акцию их унижения. 11-летний мальчик  перед лицом смерти, проявил такую силу духа, против которой оказалась бессильна вся мощь гитлеровцев.

В этот день люди в Усть-Лабинской снова поверили в Победу. Эту веру им вернул маленький скрипач…  Его борьба с фашизмом длилась всего несколько мгновений, а оружием его были скрипка и великое мужество…

НО РАЗВЕ ЭТОГО МАЛО?

Андрей Сидорчик («АиФ»)

ПОСТСКРИПТУМ  от «Нашего голоса».

Очевидцы поведали о трагическом и героическом событии известной писательнице и публицисту Елене Кононенко, которая в 1943 году в качестве фронтового корреспондента побывала в станице. Она первой осветила его историю читателям «Правды» – в том же 43-м. А через несколько дней её статья была перепечатана в «Пионерской правде». С тех пор было много публикаций разных авторов.

Молдавский  поэт и журналист Саул Наумович Ицкович (1934 –1988) написал о нём книгу «Расстрелянная скрипка». К одному из её изданий иллюстрации нарисовал Эдуард Майденберг. Отвага маленького скрипача вдохновила скульпторов А. Лебедева и Н.Эпельбаума – памятники их работы стоят в Краснодаре и Усть-Лабинске.

«А что же «Майн штейталы Бэлц»? – таким вопросом задалась и поэтесса, журналист Галина Маламант, землячка пионера-героя. –  В Бельцком историко-краеведческом музее была создана страница о Мусе Пинкензоне – всё! С той военной поры несколько поколений журналистов Молдавии время от времени взывали к памяти о скрипаче-герое, пытаясь заодно достучаться к власть имущим. Чиновникам было не до памяти – и оттепель миновала, и перестройка перестраивалась…

Ваша покорная слуга в 1998 году подготовила телевизионный очерк, где о школьных годах героя рассказал его одноклассник. Через эфир обратилась к градоначальникам: не сохранился дом, где жил мальчик с семьёй, но уцелела школа, где он проучился 4 года. Мемориальная доска могла бы украсить её и обогатить память всех горожан. В 1999 году написала очерк – всё о том же. Какое поколение журналистов будет более удачливым?!» (Напомним, что Галина родилась, училась и работала в Молдове. В ноябре 1999 года репатриировалась в Израиль, публикуется в ISRAGEO.)

После неоднократных обращений к властям независимой Молдовы на здании общинного дома «Хэсэд Яаков» в 2007 году в память о бесстрашном скрипаче установлена мемориальная доска. Переулок, в котором  находится общинный дом в Бельцах, с тех пор (благодаря усилиям Еврейской общины и неравнодушных бельчан) носит имя Муси Пинкензона.

*Напомним, что «Интернационал» – международный пролетарский гимн; гимн коммунистических партий, социалистов и анархистов, официальный гимн РСФСР (1918 –1944), СССР (1922 –1944), Дальневосточной республики (1920 –1922), Украинской ССР (1918 –1949), Белорусской ССР (1919 –1952), Китайской Советской Республики (1931– 1937). Слова Эжена Потье (1871), русский перевод Аркадия (Арона) Яковлевича Коца (1902).