ВЯЧЕСЛАВ ЖИГЛИЦКИЙ: «НЕ ВИЖУ ПОВОДА ПОДВОДИТЬ ИТОГИ»

С этим человеком знакомы даже те, кто никогда не слышал его имени. Потому что каждый наверняка видел бронзовый экипаж авиалайнера в Кишиневском аэропорту, или прелестную влюбленную парочку на пешеходной улице, или очаровательных детишек, наблюдающих за тем, как кот охотится на птичек, на улице 31 августа, или парня и девушку на скейтах с собакой на озере Валя Морилор, или бюст лучшего в истории Кишинева градоначальника Карла Шмидта у здания Национальной филармонии… А еще памятник Папе Римскому Иоанну Павлу II у Католического собора, забавная бронзовая хрюшка у столичного ресторана, симпатичный кот у спортклуба, бюсты выдающихся молдавских врачей на Аллее медицинской славы Университета медицины и фармации – все эти и многие другие работы выполнены скульптором Вячеславом Жиглицким.

Он стал родоначальником жанра городской скульптуры в Кишиневе и очень украсил нашу столицу. И вполне закономерно, что скульптор был удостоен высокого звания «Почетный гражданин Кишинева». А еще его произведения есть у всех президентов стран СНГ, и не только: когда официальные лица Молдовы отправляются с визитами за рубеж или принимают у себя высоких иностранных гостей, за  памятными сувенирами они обращаются к Жиглицкому. Так что произведения мастера есть в коллекциях Владимира Путина, Дмитрия Медведева, Александра Лукашенко, Николя Саркози, Реджепа Эрдогана, принца Арабских Эмиратов, многих политических и культурных деятелей. 

Плодотворное и уже давнее сотрудничество связывает Вячеслава Жиглицкого с Еврейской общиной Молдовы. Он принимал участие в восстановлении Памятника жертвам фашизма, созданного в 70-80-е годы скульптором Аурелом Давидом. В 90-е годы монумент серьезно пострадал и пришел в запустение. И когда Еврейская община решила восстановить скульптуру, пригласили Жиглицкого. Он сумел, полностью сохранив авторскую концепцию памятника, вернуть ему первозданный облик, использовав новые, более прочные материалы.

А недавно в Кагуле состоялось открытие памятника жертвам Холокоста на территории бывшего Кагульского гетто. Автором его тоже стал Вячеслав Жиглицкий. Мы решили поближе познакомиться с мастером.

– Почему вы избрали в жизни именно эту дорогу?

– Эту дорогу выбрал Господь Бог. И родители помогли. Мой отец учился архитектуре и хорошо рисует, а мама просто любит искусство и вела меня всё время к тому, кем я стал. Дорога, в общем-то, традиционная: художественная школа, художественное училище и графический факультет Института искусств.

– Но почему именно скульптура? Вы ведь по образованию график.

– Рисунок – основа всего, и живописи, и скульптуры. А лепить любил с детства, и даже думал в художественное училище поступать на отделение скульптуры. В художественной школе у нас класс скульптуры вела Феня Федоровна Жереги, она мне нравилась как преподаватель, я любил лепить, и у меня это получалось.  И в общеобразовательной школе с успехом делал всякие поделки. Первая работа, которая понравилась окружающим – «Аистенок», я вылепил его в первом классе.

Во время учебы в Институте искусств на один из обязательных показов пришел скульптор Сергей Голубев. Ему понравились три моих плаката, он их купил и пригласил меня к себе в мастерскую. Там я и познакомился с Вячеславом Зайцевым, ныне, к сожалению, покойным. Он стал моим наставником, другом и соавтором. Там, в его студии, я начал всерьез пробовать свои силы в скульптуре, именно там и начал формироваться как профессионал. А сегодня студию возглавляю я.

– Первую свою серьезную скульптурную работу помните?

– Это выполненный в соавторстве с Зайцевым фонтан в виде стилизованных аистов в резиденции президента в Кондрице. А первая городская скульптура появилась сначала в Одессе, потом в Брашове, Бухаресте, и лишь затем в Кишиневе.

– Что для Вас городская скульптура?

– Во всех европейских городах есть такие объекты, которые притягивают к себе и жителей, и туристов. Они становятся своеобразными символами города. А в Кишиневе долго ничего подобного не было, и очень хотелось это упущение восполнить. 

– У Вас получилось. И кишиневцы, и гости города полюбили и «Экипаж», и детишек на скамейке, и влюбленную парочку на пешеходной улице. А почему выбрали для работы бронзу?

– Это очень пластичный материал, он дает больше простора фантазии, из него можно выполнить более мелкие детали, чем в камне, и работы получаются интереснее. К тому же бронза долговечна.

– Как сложилось Ваше сотрудничество с Еврейской общиной?

– Сначала я познакомился с Александром Григорьевичем Билинкисом как с предпринимателем. Когда отмечались первые пять лет возобновления работы предприятия «ORHEI-VIT», наша студия сделала для гостей мероприятия подарочные работы – миниатюрные бронзовые клубнички. Это было почти два десятилетия назад. Позже Билинкис покупал разные мои работы для своей коллекции. И когда возникла идея реконструкции Памятника жертвам фашизма, Александр Григорьевич пригласил меня.

Мы постоянно общаемся и с ним, и с другими деятелями и сотрудниками Еврейской общины.  Наше сотрудничество продолжается. Не так давно провели реставрацию  Памятника узникам Кишиневского гетто работы Наума Эпельбаума, выполнили мемориальную доску Лазарю Дубиновскому для дома, где он жил.

– Самый свежий пример сотрудничества – памятник в Кагуле. Как возникла идея сделать его именно таким?

– Она исходила от Александра Григорьевича. Я представлял себе нечто другое. А он предложил сделать памятник в виде меноры. Билинкис вообще генератор идей. Когда реставрировали Памятник жертвам фашизма, именно по его предложению колючую проволоку отлили из бронзы (у Давида она была сделана из простого металла и со временем сильно пострадала от ржавчины). 

А вот то, что памятник в Кагуле состоит из двух частей, – замысел молодого архитектора Дмитрия Катерева. Это он предложил сочетание металла и камня, как негатив и позитив. Я доволен тем, как сложилось наше сотрудничество: мы вместе осуществляли авторский надзор за ходом работ во время сооружения памятника; мне понравилось, что этот человек небезразличен к тому, что делает. Памятник, на мой взгляд, получился, и приятно было услышать слова благодарности от Александра Григорьевича.   

– Нынешний год для Вас юбилейный, пятидесятый. Обычно к этой дате принято подводить некоторые итоги.

– Не считаю этот год чем-то особенным, каждый отмечаю, как юбилейный. Не вижу повода подводить итоги. Пока сил и энергии много. Мне повезло: я занимаюсь тем, что люблю, и в моем любимом Кишиневе. Немало уже сделано, а замыслов еще больше. Хотелось бы каждый год чем-то радовать горожан, и теперь именно большой скульптурой. С примэрией задуманы несколько интересных проектов, но из-за пандемии исполнение их затормозилось. Много есть площадок, где были бы уместны произведения крупных форм. Например, ни перед одним столичным театром нет ни одной скульптуры, а они смотрелись бы там очень  хорошо. Есть предложения из Германии, Казахстана, Румынии. Но пока проекты не осуществлены, говорить о них рано.

Продолжаю сотрудничество с Еврейской общиной. В числе ближайших проектов – мемориальные доски архитектору Семену Шойхету и академику-виноделу Абе Гохбергу. Надеюсь, будут и новые совместные работы.

Беседовала Елена РОЙТБУРД 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *